В сентябре прошлого года Сергей Шнуров стоял на сцене перед переполненной ареной «Лужников» и был явно доволен всем происходящим. Многие на его месте были бы довольны, глядя на десятки тысяч фонариков, слушая фанатский хор и вспоминая про гонорар за это шоу. Сумма в сто двадцать миллионов и на словах, и на деле выглядит более чем внушительно. «И за что такие деньги?!» — конечно же, возмущались обыватели. Ответ очень простой: за народную любовь.
«Живи спокойно, страна, я у тебя всего одна», — провозгласила как-то Алла Борисовна, и Шнур может сказать то же самое с поправкой на гендер. Кстати, Примадонна народность лидера «Ленинграда» подтвердила лично. Как-то в Сочи на концерте Шнура и Кº Алла лихо отплясывала и с удовольствием подпевала, не стесняясь в выражениях.
Вообще, «народность» в случае с «Ленинградом» оказалась отличной бизнес-стратегией. На стадии создания группы Сергей Шнуров, по воспоминаниям участников событий, не скрывал, что делает коммерческий проект. Вместе с Игорем Вдовиным (сейчас влиятельный музыкальный продюсер и композитор) Шнур собрал банду, которая планировала исполнять песни в духе Аркадия Северного, но с рок-н-ролльным шумом и удалью. Иными словами, музыкально образованный Вдовин и разносторонне образованный (немного строительного, три года философского факультета, теологического, диплом реставратора) Шнуров решили сыграть в блатняк, что у них неплохо получилось.
Впрочем, Вдовин довольно быстро ушел, и Шнуров превратился не только в главного вокалиста и автора, но и в генерального менеджера группы, причем всюду проявил завидные способности. В середине девяностых, когда появился «Ленинград», в местном музыкальном коммьюнити царил вызывающий космополитизм. И вот на фоне местных признаний в любви брит-попу, альтернативе и прочим модностям появляется группа, которая все эти модности явно презирает.
«Мы всегда тяготели к блатняку, — заявил Сергей Шнуров в одном из интервью «ЗД». — Кроме блатняка, в русской песенной культуре по большому счету нет ничего. Попытки сделать как на Западе, на мой взгляд, не шибко удачные. А самостоятельный жанр — только блатняк. И мы как почвенники держимся корней».
Как ни странно, но именно в таком вроде бы дремучем взгляде на музыкальный процесс и проявилось умение Сергея Владимировича держать нос по ветру. Подобная способность всегда приносила выгоду. Мелодия из фильма «Бумер» буквально взорвала лишь открывающийся рынок рингтонов и, по слухам, превратила ее автора в официального долларового миллионера.
Песни продавались не хуже, чем рингтоны. Емко сформулированная похабщина всегда запоминается, и в случае с «Ленинградом» это правило неизменно обрастало забавнейшими эпизодами. При мэре Лужкове большие концерты «Ленинграда» в Москве были фактически запрещены.
А после официального запрета мата везде, где только можно, выходит «Экспонат» и клип на эту песню. В Думе возмущаются, но депутат и режиссер Говорухин говорит, что и песня, и клип талантливые и потому можно сделать исключение. Шнур в данной ситуации уже не только музыкант, но и олицетворение всего того, что мы в себе вроде бы стесняемся, но все-таки прощаем — мол, иногда-то можно.
Нужно признать, что должность официального хулигана совсем не простая. В своем хулиганстве Шнур все время что-то менял, явно не давая публике скучать. Он распускал «Ленинград» и собирал группу «Рубль». Распускал «Рубль» и опять собирал «Ленинград» под лозунгом «Снова живы для наживы». Приглушал рок-н-ролл и выпускал на волю советскую эстраду, нажимая таким образом на, казалось бы, надежно спрятанные, но, как выяснилось, не погибшие эрогенные зоны массового музыкального вкуса.
Краткосрочное возрождение формата музыкального видео в начале десятых годов нового века во многом тоже заслуга Шнурова. Доверив экранизацию уже упомянутого «Экспоната», а также клипов на «ЗОЖ», «В Питере пить», «Экстаз», «Кабриолет» режиссеру Анне Пармас, шеф «Ленинграда» сделал, пожалуй, одно из самых выгодных вложений. Дорогущие ролики с лихвой себя окупали миллионными просмотрами и слегка гипертрофированным спросом на концерты группы. «Так много и так дорого они еще никогда не играли», — шептались промоутеры, которые как будто перестали бояться гонораров в сто и более тысяч евро и королевского райдера группы. Сам Шнур не отрицал, что половину гонорара брал лично себе. Он вообще не из тех, кто стесняется богатства.
![](https://static.mk.ru/upload/entities/2023/04/12/19/articlesImages/image/87/22/18/ba/5c8470d424ea453144393b25dad94e08.jpg)
Журналисты, которые, как правило, не платят за билеты, обожали Шнура не столько за музыку (здесь большая часть пишущей братии наивна как младенец), сколько за цитаты, взрывавшие Интернет, и личную жизнь, бьющую ключом. Два первых брака, в которых у Сергея родилась дочь Серафима (1993) и сын Аполлон (2000), прошли вдали от фотографов и красных дорожек. Однако роман с Оксаной Акиньшиной был для светских хроникеров прямо-таки образцовой историей про юную актрису (знакомство произошло во времена, когда она была еще школьницей) и дикого мужчину с гитарой. Оксана и Сергей не баловали прессу подробностями, но всегда считались крутыми до невероятности.
![](https://static.mk.ru/upload/entities/2023/04/12/19/articlesImages/image/3a/ae/bb/dd/3a9a6aea040741ff6e34f0d9ad0e7be6.jpg)
Третий брак, с Еленой (Матильдой) Мозговой, смело можно назвать парадным. Девушка из глубинки, сумевшая стать абсолютно своей среди столичной и петербуржской шоубиз-богемы, сама напоминала рок-диву, была неотразима в жакете на голое тело и вообще производила впечатление. Если Сергей и Матильда куда-нибудь приезжали вместе, то фотографы устраивали кучу-малу, а снимки становились козырями в любой светской хронике. Причины расставания толком не комментировались. Ходили слухи об изменах с обеих сторон, но самой внятной видится версия о том, что Бони и Клайд, каковыми отчасти являются Шнур и Матильда, не очень перспективны в формате семейной пары.
![](https://static.mk.ru/upload/entities/2023/04/12/19/articlesImages/image/28/31/09/9e/a4ce83545f27421a2bd262c3b6efa1fb.jpg)
С четвертой супругой у Шнура складывается ситуация, которую иногда характеризуют как «счастье любит тишину». Ольга Абрамова — дочь топ-менеджера большой металлургической компании — с детства вела образ жизни девочки из состоятельной и респектабельной семьи. Танцы, верховая езда, иностранные языки, а потом международные отношения в МГУ и история искусств в Лондоне. Говорят, что при знакомстве она представилась Сергею искусствоведом, что его весьма впечатлило. «Я подумал, что если я искусство, то должен быть искусствовед», — вспоминал рок-стар в одном из интервью первое впечатление от Ольги. В итоге — практически тайное бракосочетание в 2018 году и уже двое детей.
![](https://static.mk.ru/upload/entities/2023/04/12/19/articlesImages/image/07/5e/9d/d6/1546d6f8d2ca84fb8b2b1945ee6859e0.jpg)
После свадьбы Сергей Шнуров почти не выходит на сцену, и новый этап его карьеры был связан с саркастическими куплетами на острые темы. Жанр весьма специфический, и иногда своей ангажированностью Шнур, конечно же, испытывает на прочность верность поклонников. Впрочем, как бизнесмен со стажем, Сергей Владимирович, видимо, считает — и небезосновательно, — что сделка с дьяволом вполне привычная по нашим временам маркетинговая стратегия. Здесь безусловно важны уверенность в собственных силах и понимание того, как со всем этим быть дальше. Ведь юбиляр еще молод, полон сил и, надеемся, планов на будущее.